В поисках берега

Ольга Грибанова. Неведомый путь.

Мой Путь лежал через болото. Я ясно увидел его на черепашьем панцире сквозь золотую мглу. Через болото к морскому простору на остров, где на круглом, как блюдце синем озере для меня расцветет Лотос!..

Мысленно окинул я взором оставшийся Путь. Мир тут же развернулся передо мной многоцветным свитком. Знакомый, привычный мир, который я полюбил за время моего Пути. Сейчас я поклонюсь в последний раз валуну на том каменистом берегу, повернусь спиной к темной-темной реке и пойду через райские кущи к далекой зубчатой полоске леса Единорога. Углубляться не буду, пройду левым краем, потому что с правого края — степь Ослика. А там левый край Единорожьего леса станет все гуще, все непролазнее, и почва начнет колыхаться под моими ногами. И в воздухе запахнет сырой гниющей травой.

…Какая тишина. Среди ядовито-зеленых кочек поблескивает густая черная жижа. Конечно, это здесь увязает и засыпает черная Крокодилья река. Где ж еще?..

Шаг — и нога моя увязла по щиколотку. Я вытащил ее рывком. Зеленый бугорок, на котором я с трудом разместил обе ноги, заколебался подо мной. А следом заколыхалась и вся поверхность болота. Бурые, толстые пузыри один за другим выползли из его недр, будто болото раскрыло страшные слепые глаза.

Хоп! Лопнул один из них с отвратительным звуком и запахом. И донеслось из глубин загадочное: «Бамбарбия!… Киргуду!…»

Сквозь другой бурый купол прорвалось: «Мы не можем ждать милостей от природы!…» И пошло!

— Мы не здешние, мы от поезда отстали!…

— Рыть отсюда и до обеда!…

— Генетика есть продажная девка империализма!…

— Хотели как лучше!…

— Дурак, ваше благородие!…

— Привед, медвед!…

От зловония темнело в глазах. Я покачнулся и крикнул в отчаянье:

— Молчать, Болото!… — и что-то такое прибавил, чего и сам не понял.

Мое дурацкое слово бултыхнулось в черную гущу и радостно хрюкнуло в глубине. А зеленая кочка подо мной явственно вздрогнула и опустилась ниже. Но пузыри успокоились.

Я растерянно оглянулся по сторонам и крикнул: «Горим!», вместо «тону». Кочка с умиротворенным вздохом опустилась еще ниже.

— Ну что, старик, увяз? — донеслось с опушки. Там, под высокой очень старой и почти сухой елью, сидел большой бурый Медведь. Морда у него была очень довольная, видно, повеселился изрядно, наблюдая за мной.

— Молчи, старик, помалкивай! Тут меньше скажешь — целее будешь. Ладно, надо помогать тем, кто в Пути.

Он тяжело поднялся, подлез под низкие ветви ели и совершенно в них исчез. Минута, другая, качнулся ствол от земли до вершины. Раз — еще раз. Шум, скрип, скрежет. И старая ель медленно склонилась к Болоту. Взмыли к небу черные фонтаны и медленно опали, измазав меня с ног до головы. А сверху еще сухой хвоей приcыпало. Как есть старый пень.

Зеленая кочка ушла из-под моих ног безвозвратно, но я уже хватался за колючие ветки, перебираясь на ствол.

— Ладно, что ли? — рявкнул с берега Медведь. — Молчи, не отвечай. Держись крепче. Сейчас еще подмогну.

Ну и силен же этот Медведь! Вся необъятная ель пришла в движение, медленно двинулась, влекомая неведомым, невероятным в болоте течением.

— Сук подлиннее отломи, да и греби, толкайся! Выплывешь! Давай, старик, ветра тебе попутного!

А ветер был попутный! Как будто Медведь сам могучим дыханием гнал мой сучковатый колючий корабль вперед. Я, отталкиваясь и подгребая толстой веткой, лавировал между крупными кочками, а мелкие сами в ужасе ныряли в черную жижу. Наконец острая вершина уперлась в твердый берег. Теперь делом минуты было пробраться между ветвями и, расцарапавшись на прощание, выбраться на землю.

Ноги уж, конечно, не те, что в детстве, когда я летал по этому миру вместе с ветром. Но силу сменила мудрость. Я видел мой Путь так ясно, будто яркая стрелочка пульсировала перед моими глазами.

Вот я и на высоком обрывистом берегу. Я здесь был. Конечно! Где я только не был в жизни моей! Где-то в этих водах живет Дельфин, которому открыт Путь к самым истокам. Я тогда чуть было не пустился очертя голову в бескрайнее море, которое сейчас предо мной. Шагнул тогда прямо в водопад! Вот так оно в юности: куда только не вляпаешься! Только сейчас я дорос до Пути по этому морю. Хоть и болят мои старые ноги, когда я осторожно, расчетливо, чтобы сил не растратить, спускаюсь с обрыва на песчаную полоску. Ну и ничего, ведь мне дальше плыть — не идти!

Без сожаления сбросил я на песок истлевшее на моих плечах рубище — больше не понадобится! И морские соленые воды приняли меня дружелюбно. Волна подхватила и понесла.

И ветер попутный! Все тот же попутный! И с каждой минутой все крепче! И волны с каждой минутой все круче! Теперь они, забавляясь, перекатывают меня на упругих ладонях, прячут в толще воды, потом со смехом находят и подкидывают в воздух. Как я испугался бы в детстве! Я решил бы, что погиб. А теперь я спокоен и не мешаю волнам со мной играть. Такой уж Путь! Главное, ветер попутный!

Тучи над темнеющим небом рассеялись, и волны стихли, отправляясь на покой. Теперь сам, сколько сил хватит. Но горизонт пуст. Где же берег? Не может быть, чтобы моих сил не хватило до берега.

— Цвиррр! — раздалось над моей головой.

Мечется в вечернем небе маленькая птица с длинным раздвоенным хвостиком. И вдруг буквально падает на мое мокрое плечо.

— Ты откуда взялась? — с трудом даются мне слова. И я сержусь на себя: дыхание надо беречь, на болтовню не тратить.

Ласточка долго молчит, отдыхает. Молчу и я, только гребу и гребу, ровно, расчетливо дыша.

— Мне места в мире нет, — вдруг прозвучало печально прямо над моим ухом. — У каждого своя нора в песчаном берегу, а для меня места нет. Я и полетела искать другой берег. Но я теперь виду, что других берегов не бывает. Это все пустые мечты, обман!..

Я не спорил с ней, только греб, стараясь не очень погружаться в воду, чтобы Ласточку не смыло с моего плеча, в которое она крепко вцепилась коготками.

— Тот, кому нет места, жить в этом мире не должен, — опять печальный вздох. — И зачем я на тебя села, а не упала в воду? И тебе тяжело, и мне без толку: я мокрая теперь, лететь не могу. Сбрось меня, а?

Я молчал. Дыхание расходовать впустую было нельзя.

В небе проснулись звезды. Ласточка на моем плече еще повздыхала, потом сунула голову под острое крылышко и, кажется, заснула.

А я вдруг коснулся ногою дна…

 Читать повесть целиком Здесь

 

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.