Отзыв на роман Александра Лонса «Эффект»

Очень порадовала композиция романа, по существу, включающая начальный пассаж “От автора” и замыкающая заметкой “Благодарности”. Казалось бы, что там, — всего лишь доброе слово в адрес бета-ридеров. Но изящная авторская ирония тут же берет читателя в полон. Здорово.

В целом роман выстроен прекрасно. Актуальная и понятная читателю идея логично выстраивает сюжет. Провалов в сюжете нет, все развешенные ружья стреляют вовремя и в цель.

Герой хорош. Крутая бойцовая барышня Джо характеризует героя на стр.72: “Тебя вообще очень трудно обмануть. Те, кто хорошо с тобой знаком, считают тебя человеком терпеливым и сильным, да? Неунывающим, даже если вокруг всё рушится, я угадала? Ты – тот самый друг, что не бросит в тяжелую минуту и всегда подставит плечо. Думаю, что могу на тебя рассчитывать.

И он действительно так выглядит на радость читателю, но что интересно, сам он себя таким не воспринимает, как будто самому себе в этом не признается. Это находка!

Прекрасно получилась Джо: сложная, непредсказуемая, совмещающая в себе несовместимое. Большая удача.

Восхитило!

стр.71

Они – не плохие и не хорошие. По сути, они – никакие. В них нет ни доброты, ни жестокости. Но они хорошо умеют убивать. Убивать всех, кого считают противниками.

стр.80

 Его единственной целью стало желание делать людей счастливыми, а для этого он должен оставаться в одиночестве.

стр.86

Всё больше воспоминаний у нас идет уже не из мозга, а из памяти Сети. Наконец, мозг превращается в обузу. Он уже сам ничего не делает, а только мешает.

стр.114

Меня воспитала Сеть. У меня была только Сеть. И она меня вырастила. Может быть, она даже меня любила по-своему. Может, она стала моей матерью. Кто знает? Я не знаю. И никто не знает. Я вырос в Сети, в ней мне было хорошо.

Озадачило!

стр.74

 Этот лифт умел ездить не только вверх-вниз, но и горизонтально.

Пытаюсь представить себе, как этот лифт устроен. Если он такой один, то его пользователям не дождаться, пока он по коридорам гуляет. Если их несколько, то как осуществляется регулирование их движения? Пробок в коридорах не случается?

А теперь вредные придирки!

гл.1 стр.3

 Шеф объясняет ситуацию с отчетом агента:

– Да. Но! Никакими литературными талантами он никогда не блистал. От слова совсем. Даже графоманией не мучился. Более того, не имел к тому ни желания, ни возможности, ни склонности. Вообще ничего.

….

 Наговаривал под запись, пропускал через фильтр, чтобы убрать нецензурные словечки и индивидуальные особенности речи, а потом сохранял в виде тусклого текста. Всё! Никакой литературщины и близко не было, получался типичный канцелярит. По-моему, он и писать-то не умел.

Ну все, шеф все про этого агента хорошо растолковал. А Алекс вдруг выдвигает странное предположение:

– А может, у него врождённая склонность к художественной речи?

Непонятно, почему такое предположение, если шеф все объяснил — неоткуда взяться врожденной склонности. Можно подумать, что Алекс просто прослушал все объяснения своего шефа. Задумался.

Гл.3 стр.32

Информация зачем-то дублируется.

Белл уже не могла остановиться. Все, что ранее накопилось у неё внутри, выплеснулось наружу. Как и многие на подобных должностях, она давно и безответно оказалась влюблена в своего шефа. Сам же шеф делал вид, что ничего не замечает, и продолжал пробавляться девицами из службы секс-услуг.

Буквально через несколько строк:

Из сумбурных объяснений шефской секретарши явствовало, что она давно и безответно влюблена в Майка Скиннера. Тот же сохраняет дистанцию и поддерживает исключительно деловые отношения. При этом регулярно вызывает к себе девок из службы сексуальных услуг.

гл.7 стр.37

Заглянув в комнату, где, по показаниям свидетелей, обычно отдыхал пропавший, полицейские увидели мертвую молодую женщину на полу. Абсолютно голую.

Эти “абсолютно голые” встречаются в романе не единожды. И местами невпопад. Примечание “абсолютно” содержит в себе нечто выходящее за рамки обыденности. Есть будто бы просто “голые”, а есть и “абсолютно голые”. Или в этом может содержаться резкий эмоциональный отклик рассказчика на ситуацию. Но ведь Алекса-то голыми женщинами не удивишь! В общем, желательно проверить, везде ли уместно слово “абсолютно”.

гл.8 стр.139

Один из них, неприметный человек среднего роста, был одет в поношенный костюм спортивного покроя. В руке он нес небольшой лёгкий чемоданчик. Другой, более высокий, грузный и полный, вышагивал с видом человека, хорошо устроившегося в этой жизни. Он был в штатском, но выправка выдавала в нем бывшего военного. На голове у него криво сидела старомодная шляпа, а в руке он держал антикварную трость с серебряным набалдашником.

– Вы на станцию? Не к вокзалу идете? – спросил он, поравнявшись с первым прохожим. Тот обернулся и, узнав незнакомца, сказал с улыбкой:

– Да, конечно. Но вы меня опередили. Думал, что появитесь позже, ведь я рассчитывал встретить вас уже там.

Очень трудно разобраться, кто тут “он” и кто тут “тот”. Разобраться-то можно, кто первый, а кто второй, но зачем так озадачивать читателя.

Но тут же такая милая игра с читателем, недоумевающим, куда же девался Алекс. Где он прячется, чтобы подслушать этот разговор двух незнакомцев? И в конце главы — а-а-а, вот оно что! Это Алекс у нас такой “неприметный”!

гл.15

Что там у нас с речью Джо?

стр.68

Рассказывала она в своей обычной манере, простыми рублеными предложениями, при этом глядела куда-то в пустоту, мимо меня.

Ну-ка, где тут рубленые фразы?

стр.69

У нас был хороший дом, родители нас любили, я была бы счастлива, если бы не издевательства сверстников. Те смеялись, что у меня маленькая грудь, что невысокий рост, что я люблю коротко и необычно стричься. Однажды мне это надоело, и я ударила свою обидчицу. Та упала и сломала руку. Удивительно, но мне ничего за это не было, зато приставать и издеваться перестали.

И в таком стиле вся история Джо, рассказанная ею самой.

Где же тут рубленость? Ничего подобного, речь книжная-прекнижная, подлежащие-сказуемые в наличии, союзы на местах. Может, на Джо подействовал тот таинственный газ, про который читатель узнает к концу романа?

гл.29 стр.133

 Скиннер нахмурился.

– Вот как! – удивился Майк. – А почему нет?

Это автор хорошо помнит, что героя зовут Майк Скиннер, а читатель вполне мог и забыть. И получается, что их двое: один нахмурился, другой удивился. Тем более, что действия-то разные.

Но это все придирки вполне поправимые. И конечно,  в окончательном варианте автор наведет порядок. А в целом это, пожалуй, самый удачный роман Александра Лонса.