Мария Ермолова

250px-Yermolova

Великие артисты 4

Не перестаю удивляться мастерству художника Валентина Серова. Работал он на рубеже ХХ века в самую «серебряную» пору. Фотография к тому времени была уже вполне освоена человечеством, и фотографических портретов великой Марии Ермоловой осталось немало. Но портрет работы Серова говорит о ней больше.

Да, фотография была освоена, но границы ее возможностей были четко очерчены. Запечатлеть актрису на сцене во время игры было практически невозможно. Чтобы получилась фотография нужно было хорошенько «застыть» в кадре да еще в определенных условиях освещения.

Что мы видим на фотографиях Ермоловой. Некрасивая, немного суровая женщина, сначала молодая, потом старше и старше. Почти на всех фотографиях в глазах нетерпеливое раздражение — ей явно не хочется «застывать» так надолго.

Почти нигде не увидим мы следов той актрисы, которую сам Станиславский считал величайшей. А если учесть, что артистическая школа Малого театра, в котором работала актриса, была классической, той самой, с которой затеял борьбу еще молодой Константин Станиславский, то это признание дорогого стоит.

И только на портрете работы Валентина Серова мы видим ту самую, великую Ермолову! Величественную, трагическую, сильную.

Родилась она 15 июля (по новому стилю» 1853 года в Москве. Семья была театральной.

Дед ее был крепостным князей Волконских, играл на скрипке в собственном оркестре князя. И видимо, играл так старательно и успешно, что заслужил от князя вольную себе и всей своей семье.

Но театр — это судьба. И от судьбы далеко он уже уйти не мог. Детей своих он отправил учиться актерскому ремеслу. И сам с ними — театральным гардеробщиком.

Особой театральной славы дети его не добыли, но работниками были добросовестными.

Один из них, Николай Ермолов, некоторое время играл на сцене в водевилях и даже сам их небезуспешно писал. Во всяком случае игрались его водевили и на Императорской сцене. Но самое надежное поприще, которое досталось Николаю Ермолову, была суфлерская должность.

В наше время мы вряд ли можем оценить значение и сложность этой работы. У нас принято, чтобы спектакль был хорошо отрепетирован в каждой своей сцене — это досталось нам от школы Станиславского.

А ведь было совсем иначе. Старательно учили роли только начинающие артисты. Примадонны и жэн-премьеры были настолько загружены репертуаром, что не было у них ни времени, ни сил заучивать что-то наизусть.

Суфлеры были очень уважаемыми личностями в театре. Зачастую от их профессионализма зависел успех спектакля. Вот таким необходимым театру человеком и стал Николай Ермолов.

А дочь его, Мария, была явной неудачницей. Некрасивая, неуклюжая. Отдали ее в балетную студию при Малом театре, училась там с грехом пополам. Но со сцены ее убрали после первого же спектакля, где она просто стояла в глубине, одетая пажом, в шеренге таких же пажей.

А мечтала девочка быть трагической актрисой. И способности были у нее, отец это видел.

Из уважения к заслугам отца дирекция пошла на решительный шаг, дала Марии Ермоловой первую роль. Которая стала провалом.

Маше Ермоловой было всего 13 лет, застенчивая девочка в переходном возрасте. А дали ей роль развязной девицы Фаншетты во французском водевиле «Жених нарасхват». Это было обычной практикой. Все молодые актеры начинали с водевилей. Большие, серьезные роли были предназначены для актеров с именем.

Конечно, провал был полный. Года три Николай Ермолов и не пытался больше замолвить словечко за свою дочь.

Но нашлись у юной Марии Ермоловы и покровители, хорошие друзья его отца, артисты. В числе их была и замечательная русская актриса Надежда Медведева. По просьбе отца она послушала юную Ермолову и дала ей несколько уроков. А потом под свою ответственность дала ей главную роль в своем бенефисном спектакле «Эмилия Галотти».

Успех был ошеломляющий. Юную актрису не отпускали со сцены, на поклон она выходила 12 раз.

В 1907 году Ермолова, уже давно боготворимая актриса, играет в спектакле Сумбатова-Южина «Измена». Овации, цветы, подарки. И потрясающий подарок от рабочих сцены Малого театра. Они подарили любимой актрисе … кусок старого пола сцены. Те самые доски, по которым вбежала 37 лет назад на сцену преследуемая злодеями Эмилия Галотти!

Продолжение цикла: Дэвид Гаррик

Мария Ермолова: 1 комментарий

Добавить комментарий