Тела моего больше не существовало. Оно растворилось в той необъятной волне, которая, накрыв скалы и разорвавшись на десяток потоков, затопила весь песчаный берег. Она окатила Жезл – он вспыхнул и растаял в ней, как льдинка, освободив распятого Альбатроса! Пронзительный крик, шум крыльев – и исчез он за скалой.
В середине апреля к Гале подошла секретарь комсомольской организации школы, веселая и приветливая десятиклассница Валентина.
– Сироткина… как тебя… Галя?.. Слушай, тут такая неприятная история. Мне очень неудобно… Я, честное слово, не хотела бы вмешиваться, но не имею права. Читать далее Выбор. (Из романа «Слепые и прозревшие»)
Почему я не знал раньше, что летать так просто? Гораздо проще, чем ходить.
Давно осталась позади заботливая Синичка, устав меня подстраховывать. Что-то прозвенела она мне на прощание, а я сделал красивый круг возле неё и полетел дальше. Читать далее Слезы и кровь. Из повести «Неведомый путь»
А мама Аля тем временем, защитив докторскую диссертацию, села готовить монографию. Название ее сплошь состояло из латинских слов. А в переводе, как шутил папа, это означало «житие одного вируса».
Теперь дедушка ездить к ним перестал, и Гале стало дома спокойнее. Мама надела ей на шею ключ на резинке, дала денег на обеды в школьной столовой, на проезд до музыкальной школы и с гордостью рассказывала коллегам, какая у нее Галина большая и самостоятельная. Читать далее Фотографии. (Из романа «Слепые и прозревшие»)
Николай Морозов был счастливым человеком. Правда, до пятого класса он этого не знал. Просто жил себе да жил вдвоем с мамой, как все живут. В детский сад когда-то ходил, потом в школу. Год за годом, класс за классом – так и до пятого дожил.
И случилось в том году, весной, великое событие. Мама, оставив его на попечение соседок по коммуналке, съездила на неделю в роддом и привезла оттуда двух совершенно одинаковых младенчиков – Дашу и Ташу.
Почему двух? И хоть бы разных, а то на одно лицо. Колю так и подмывало посоветовать маме махнуться с кем-нибудь дубликатом. Читать далее Пять лет спустя. Глава из книги «Слепые и прозревшие»
В солнечном утреннем воздухе стоял густой аромат августовского сада: крепкий настой из созревающих яблок, смоляной упругой смородины, из страстно полыхающей малины, готовой броситься в любой открытый вожделеющий рот; из высохшей, потом вымоченной дождями, перепревшей ботвы на огородных грядках; из терпкого аромата поздних цветов, ярких, как женщины, догоняющие свою молодость. Читать далее Август. Утро
Серому приснились щи: настоящие, домашние, как у мамы в далеком городе Незнамске. Такие вот прозрачные, с золотыми линзочками жира на дымящейся глади, пахнущие чесночком и лаврушкой. Читать далее Брачное объявление
Пьеса.
Действие происходит в комнате в одной декорации с движущимися стенами.
Комната. Полумрак, синеватый свет с эффектом дождя. Дальняя стена в темноте. В боковых стенах окна. Боковые стены смещаются по оси, как двери.
Давненько не встречались мы с тобой, моя любимая коробка с пастелью. Просто, все не до того было…
Время от времени натыкалась на тебя, наводя порядок в шкафу, и убирала с чувством неловкости. Как будто что-то кому-то когда-то пообещала, да так и не исполнила. А это что-то все ждет меня! Читать далее Случайный автопортрет